воскресенье, 7 сентября 2014 г.

сегодня днём, проходя по улице, я мечтал,чтобы я мог разными глазами смотреть на разные предметы с одинаковой чёткостью : я не знал, на кого мне смотреть из двух идущих вместе представительниц женского пола : на девушку с кривоватыми ногами и плечами намного шире пояса, либо на худуще-пухловатую девушку,с маленьким лицом и пустым взглядом.

грустно в общем, решил ни  в кого не вглядываться, дабы не расстраиваться.

Не так страшно.

Не так страшно.

Во-первых, та ужасающая бесконечность и пустота "космоса", которая производит на нас такое впечатление. Это - ничто по сравнению с еще более бесконечной бесконечностью, если можно так выразиться. Это отрицание отрицания направляет нашу бедную богатую фантазию и возвращает некоторое тепло.

Во-вторых, мы сидим тысячелетиями на атомных силах и на объектах, не зная об их существовании. В природе все определенным образом сложилось, и мы являемся выражением ее относительной гармонии, местной, конечно, но имеющей шанс в том, что и дисгармония не прямо бесконечна.

Что касается "одиночества" человека и его ужаса, то все одиноко. Точнее, все проходит через одно отверстие на каждом уровне. Серийная, типовая закономерность образуется из перехода качества в количество.

Естественные науки не учитывают в достаточной мере момент необратимости, однократности всемирной истории природы.

Счастье.

Оно состоит в достижении полноты существования.

Другими словами, счастье - это еще одна сторона "абсолютной истины", высшей действительности и полноты.

Но счастье относится к сфере личности, или, по крайней мере, должно быть испытано ею. А  единичное существо не может включить в себя полноту существования. Отсюда элемент разочарования. И отсюда также "Удовольствие предвосхищения выше удовольствия обладания" Гельвеция.

Счастье в будущем живет, настоящее уныло.

Cчастлив тот, кто может жить будущем. Счастливы отдельные люди и народы, живущие будущим, счастливы мгновения, открывающие нам будущее. Несчастлив тот, кто не имеет будущего, кто знает, что он уже не увидит его, каковы бы ни были его утешения.

Опять возврашение к рефлексии на фразу "будущее уже прошло".

суббота, 30 августа 2014 г.

id

будущее уже прошло.

прелесть этой фразы в том, что она абсолютно бессмысленна. не потому, что для кого-то конкретно она не имеет смысла, а для кого-то может иметь. а потому, что те, кто не утруждает себя мыслями, никогда до ее не доберутся (см. след. абзац); а те, кто утруждает и добрались, осознали ее значение еще раньше, чем их разум придал мыслям форму.

кто в здравом уме скажет это. кто подумает об этом, находясь в нормальном жизненном состоянии (имеется в виду, когда нет потрясений, жизнь идет линейно, всё развивается закономерно и спокойствие поливает жизнь серой краской). человеку вообще будет чужда эта мысль, просто потому, что она, если поселится, будет вытеснять его из зоны комфорта. зачем это сознанию, подсознанию, нашему телу? это вредно.

однако, вместе с этой мыслью появляется что-то другое. alongside с этим, приходит чувство, что ты стал своей же тенью. что жизнь остановилась, что ты всё видел, всё чувствовал, опосредованно или нет, не важно. конечно, формально (от сл. форма), это может быть не так. и может казаться совсем наоборот, что всё лучше и лучше. ты покупаешь телевизор, ты находишь новых людей, у тебя появляются новые хобби, мечты, надежды. за всей этой вуалью рационализированной реальности совсем незаметно в тебе появляется червь, внутри.

признаться себе в таком - значит быть абсолютно откровенным и честным перед собой. это крик, крик самого себя самому себе. мы не становимся лучше с годами. мы становимся хуже. время точит и точит, забирая у нас то, с чем мы сюда пришли. и чем больше забирает, тем сильнее зарывается внутр червь. это сны, оговорки, это какая-то необъяснимая грусть. никто же не хочет думать о таких бессмысленных вещах, все слишком заняты жизнью.

но в конце, в самом самом конце. когда разума нет, когда нет смысла себе врать, ты это наконец принимаешь.

четверг, 22 марта 2012 г.

выписка

В современном западном обществе явно просматривается своеобразная внутренняя связь между нарциссизмом знаменитых людей и потребностью публики. Публика потому и стремится побольше узнать о "звездах", что жизнь простых людей пуста и скучна. Средства массовой информации получают прибыть, продавая сведения о жизни известных ученых, художников, артистов, дирижёров и др. При этом каждый удовлетворяет свой интереc: публика - свое любопытство, торговец информацией - свой бизнес, а популярная личность - свой нарциссизм.

Эрих Фромм, Анатомия Человеческой Деструктивности, p263

суббота, 3 марта 2012 г.

ff

Одним днем я сидел в кабинете и ломал над голову над тем, как же интересно открывается футляр для очков. Он так открывался, что верхняя крышка становилась нижней и наоборот, при этом они обе меняли цвет. Поломал и не понял. На следующий день опять взял в руки футляр и начал вертеть туда-сюда и наблюдать за метаморфозами; увы, попытки были тщетны и я так ничего и не понял. После того как вышел из кабинета, меня долго мучил интерес, как же открывается и закрывается этот футляр! Я сгорал от любопытства, дома долго представлял, вспоминал, ничего в голову не пришло. После я пришел опять в кабинет, повертел в руках его снова, и, наконец, понял, каким же образом он открывается.  Какое наслаждение я тогда испытал! Это было воистину приятно, после стольких усилий я наконец решил эту задачу. И сразу же, после того как я понял, всякий интерес пропал, я отложил футляр в сторону и взялся за обычные бытовые дела и больше не вспоминал о футляре.

Я не думаю, что люди достойны той же участи, что и футляры; я вообще и близко не думаю, что с людьми стоит так поступать, я не думаю, что люди и футляры похожи. Это неуважение к самому человеку, это низведение его до уровня предмета, до уровня неживого предмета, выполняющую функцию "занимания внимания". Отношения с футлярами намного легче, чем с людьми; футлярам ничего не надо; с ними легко и просто, проще, чем с человеком, который, в случае, если он станет уязвимым, будет нуждаться во много большем, нежели простом удовлетворении вашего интереса. Футляру ничего не надо отдавать, он ни в чем не нуждается.

Отношения с футляром складывались подобным образом : вам сразу же становится интересно, как же это работает, после решения весь интерес пропадает и футляр лежит себе в портфеле никого не трогает.

В случае, если ваши отношения и ваши чувста к человеку складываются по похожей схеме; если он вас восхищает, он вам крайне интересен и вообще вас захватывает; то в случае сближения (~решения задачи, как с футляром) необратима потеря ранее имевших быть восхищения и интереса, потому что дистанция (~отсутствие решения задачи) и была тем, что подпитывало интерес. И вместо того, чтобы наслаждаться человеком, временем, проведенным с ним, близостью, чувствами, вы будете стараться найти то, будет что продолжать подпитывать ваш интерес, но из-за того, что вы уже близки, ничто не сможет его питать, и вы либо откроете другую сторону (осознаете, что прелесть человческих отношений совершенно в другом), либо постараетесь придумать себе новый мотив восхищения (что в итоге приведет к потере интереса), либо вы, как футляр отбросите человека и пойдете искать новый.